Ярослав Грыцак «Год национального достоинства: Мой ответ проф. Зубку»

 Грицак Ярослав

(на его блог на сайте BBC)

 07/01/2015

Ярослав Грыцак

Существует такой способ ведения дискуссии – сомнительный и дешевый, но безотказно надежный, если хочешь ее выиграть: превратить своего оппонента в соломенное пугало, упростив и исказив его аргументы, а затем, повалив его одним махом, провозгласить себя победителем − “Смотрите, какой я умный и сильный!”

Это именно то, что проделывает со мной проф. Зубок [интерпертируя эссе Я. Грыцака,опубликованное в форуме AI — Ред.]. Чтобы не быть голословным, перейду на конкретику.
Проф. Зубок цитирует послевоенное исследование о перемещенных лицах, в котором особое внимание было уделено сравнению ценностей и установок русских и украинцев. Таким образом он хочет доказать “удивительную общность и почти полное отсутствие различий”. В этом доказательстве содержится два подвоха. Во-первых, проф. Зубок “немножко” идеализировал “полное отсутствие различий” . К примеру, когда опрашиваемым задавали вопрос: “Нужно ли сбросить атомную бомбу на Москву?”, большинство русских отвечали отрицательно, большинство украинцев – положительно. Согласитесь, разница существенная.

Но этот пример не относится к сущности полемики, а только иллюстрирует, насколько корректно проф. Зубок обосновывает свои обобщения. А сущность состоит в том – и это во-вторых − что послевоенное исследование не имеет никакого отношения к результатам WVS. И в принципе не может иметь. Потому что WVS возник как попытка объяснить парадокс студенческих революций 1968 года на Западе: почему они произошли на пике экономического благополучия за все послевоенные десятилетия, а их движущей силой стали дети среднего класса, бунтующие в университетских кампусах, а не “революционный пролетариат”? (В Париже последний поддержал де Голля, а в Риме большинство полицейских, разгоняющих студентов, происходили из бедных слоев общества – потому Пазолини в марте 1968 г. в своем стихотворении “Я ненавижу вас, дорогие студенты” солидаризировался с полицейскими, а не с “мелкобуржуазными” революционерами ).

Американский социолог Рональд Инглхарт (Ronald Franklin Inglehart), который молодым ученым оказался тогда во Франции, сформулировал гипотезу: в основе революции 1968 г. лежит не классовый конфликт (как он думал сначала, пребывая под впечатлением левой, марксистско-маоистской риторики бунтующих студентов), а изменения в ценностях, связанных с “экономическим чудом 1960-х”. Большая часть общества – главным образом молодое поколение – выросла в условиях, когда экзистенциальные угрозы (война, кризис, депрессия) исчезли. Поэтому в своих требованиях молодые люди ставили на первое место возможность самовыражения, а не выживания.

Генезис WVS показывает, почему некорректно ставить его в один ряд с послевоенным опросом бывших советских граждан. Для выходцев из Восточной Европы с 1914 и до 1945 г. вопрос выживания был одним из главных, если не главным. WVS же касается ситуации мирных и зажиточных 1960-х годов и последующих за ними десятилетий. На более обобщающем уровне (который характерен для позднейших работ Инглхарта) – первая ситуация типична для периода индустриализации, когда большая масса деревенских жителей переезжает на фабрики и в города, теряя при этом свои традиционные, главным образом религиозные, ценности и обретая ценности новые, секулярные. Вторая же ситуация отражает условия, когда индустриальный сектор постепенно вытесняется сферой обслуживания и прочими постиндустриальными отраслями. В связи с чем на первый план выходят ценности самовыражения. И ту, и другую ситуации роднит общая тенденция к упадку “старых режимов” и демократизация. Но если в первой ситуации процесс демократизации дает частые сбои (как показывает пример межвоенной Европы), то во второй, как кажется, таких сбоев меньше, и тенденция к демократизации становится действительно глобальной.
Это самое общее и краткое изложение основного аргумента и выводов проекта WVS. Комментировать высказывания проф. Зубка о том что они “почти детская иллюстрация к известной статье Сэма Хантингтона о ‘конфликте цивилизаций’”, напоминающие теории “научного расизма”, действительно неудобно, потому что эти высказывания выдают ту глубину научного неряшества, когда “говорят не читая и пишут не думая”. Теория Инглхарта не детерминистская и тем более не расисткая. Это просто одна из попыток ревизии теорий модернизации − причем ревизии, построенной на огромном эмпирическом материале и поисках социологически значащих корреляций. Этот твердый эмпиризм отличает гипотезу Инглхарта от фантазий Хантингтона.
На уровне выводов, в отличии от Хантингтона Инглхарт нигде не говорит, что кому-то удастся, а кому-то не удастся построить демократию только по той причине, что он принадлежат не к той “цивилизации”. Согласно Инглхарту, удастся, скорее всего, всем – если, конечно, не произойдет какая-то катастрофа мирового масштаба. Он склонен верить, что даже Китай и Россия в конце концов станут демократиями и не склонен верить в “особый путь”. (Это краткий ответ на глубокомысленное предупреждение проф. Зубка о том, что нельзя ставить крест на России, и что украинцы будто бы изобретают “особый путь”). Просто одни общества на этом пути должны будут преодолеть больше препятствий и “сбоев”; и длина этого пути может быть неким образом исторически обусловлена. Религия является одним, и только одним из исторических факторов (а не единственным, как сообщает проф. Зубок). Кроме нее существует и другие. Но главное состоит в том, что, по Инглхарту, история преодолима. И в этом, согласитесь, его кардинальное отличие от Хантингтона.

После падения коммунизма, Россия и Украина были включены в WVS. Мой вывод о том, что россияне и украинцы расходятся в ценностях, построен на результатах сравнения данных начала и конца “нулевых” 2000-х. Стоит посмотреть на соответствующие схемы, сделанные Инглхартом и его коллегами, чтобы легко в этом убедится. И это не плод моей фантазии, как считает проф. Зубок, а констатация фактов. Если говорить кратко, главное различие состоит в том, что если в 2000-х Россия застряла в ценностях выживания (и это несмотря на сравнительно хорошую экономическую ситуацию), в Украине наблюдалась существенная подвижка к ценностям самовыражения.

Я не могу ответить на вопрос проф. Зубка, когда украинцы и россияне успели так радикально измениться, что оказались разделены основными ценностями. Чтобы ответить, я должен бы располагать соответствующим эмпирическим материалом. А его нет, поскольку Украина была включена в WVS позднее, чем Россия, а потому сравнивать две страны в рамках этой модели мы можем только относительно 2000-х.

Покойный Дмитрий Фурман считал, что обе страны разошлись не в 1991 г, а позднее, когда “Украина”, по его словам, “сдала экзамен на демократию, и то на пустой желудок”, запустив схему смены власти в результате относительно честных и относительно мирных выборов. Возможно, это сыграло свою роль, ведь до прихода Януковича Украина не знала, что такое жесткая авторитарная власть. “Украина” в этом смысле, наверное, слишком обобщающее понятие. Скорее всего, речь идет не о всей стране, а главным образом о молодежи – новом поколении, которые мы называем “ровесниками независимости”. По крайней мере европейское исследование ценностей показало, что в Украине наблюдается что-то похожее на разрыв поколений. По своим ценностям молодые украинцы более похожи на своих европейских сверстников, чем на украинцев моего и старшого возраста (50+ лет). Другие исследования показывают, что среди молодых украинцев менее выражены региональные различия. И по сравнению со старшими соотечественниками, они одновременно и более русскоязычные, и более патриотически настроены по отношению к Украине.

Поэтому главный тезис моей статьи, которую так старательно перевирает проф. Зубок, был не о том, что украинцы должны искать “особенный” путь, убегая от России, или что на России – упаси Господи! – нужно поставить крест – а в том, что причины Евромайдана стоит искать не в пресловутом национализме и национальных идентичностях, а в ценностных изменениях, которые произошли в Украине на протяжении нескольких последних лет.

И, наконец, последнее, личностное. Проф. Зубок приписывает мне следующую фразу: “Фундаментальное различие между Россией и Украиной лежит не в области языка и культуры, а в различии политических традиций, имеющем исторические причины”. Если бы он прочитал мою статью внимательнее, он сразу бы легко определил первоисточник – я там его называю. Фраза эта принадлежит сразу двум украинским либералам, которые, живя в разное время в разных местах, сказали примерно то же самое. Я говорю о “левом” Михаиле Драгоманове, выросшем в русскоязычной среде Левобережной Украины, и “правому” Вячеславе (Вацлаве) Липинском, польском аристократе с Правобережной Украины, который выбрал украинскую идентичность по идеологическим и моральным соображениям. А свел эту фразу воедино Иван Лысяк-Рудницкий, историк из Северной Америки, который родился во Львове в семье, по одной линии принадлежащей к роду греко-католических священников, по другой – династии ортодоксальных раввинов (перевод его эссеистики на русский язык издал Дмитрий Фурман несколько лет тому назад – очень советую прочесть: это, наверное, лучшее, что написано по украинской истории).[1] Я хочу спросить проф. Зубка: какое отношение имеет смысл этой фразы к “прописке”, к тому факту, что эти историки родились и жили (привожу в алфавитном порядке) в Берлине, Вене, Гадяче, Женеве, Киеве, Кракове, Львове, Нью-Йорке, Филадельфии и Эдмонтоне? Во всех ли этих городах родился и жил Захер-Мазох? В чем смысл притягивания за уши обстоятельств моего местожительства при нанесении победительного “туше” моему соломенному чучелу? Сведение дискуссии к аргументам ad hominem считается признаком плохого тона в академическом мире. Проф. Зубок из Лондонской школы экономики использует этот прием по отношению ко всем оппонентам, или оказывает исключительную честь историку “из австрийско-польско-еврейского города Львова (Лемберга)”?
Украинцы назвали Евромайдан Революцией Достоинства. Илья Герасимов, редактор Ab Imperio, во вступительной статье к номеру об украинской революции принимает этот термин как легитимный − соглашаясь с моим тезисом, о том, что все-таки эта революция имела ценностное основание. Среди прочего, он обращает внимание (в русскоязычной версии текста) на мысль Петра Струве столетней давности о том, что революция 1905 г. не смогла одержать победу и создать модерное общество, поскольку не ориентировалась на идеал “личной годности (достоинства)”:

 

“личная годность есть совокупность определенных духовных свойств: выдержки, самообладания, добросовестности, расчетливости. Прогрессирующее общество может быть построено только на идее личной годности, как основе и мериле всех общественных отношений. Если в идее свободы и своеобразия личности был заключен вечный идеалистический момент либерализма, то в идее личной годности перед нами вечный реалистический момент либерального миросозерцания.”

Вызов создания модерного общества стоит в равной мере как перед Украиной, так и перед Россией. Украине после распада коммунизма с этим вызовом удается пока что справляться лучше. Как украинец я желаю ей удачи. Но я не соглашаюсь с тем, что эта удача обязательно должна быть построена на крахе России. Мечтать об этом глупо, нечестно и даже самоубийственно. Наоборот, я считаю, что победа Украины увеличивает шансы на изменения в России. Я преклоняюсь перед теми, кто в более сложных условиях, чем в Украине, имеет смелость бросить вызов режиму Путина. И искренне желаю им победы.

По моему убеждению, необходимой предпосылкой и частью этой победы должны стать ценностные изменения – то, что я называю преодолением истории. В России это сделать тяжелее. Потому и усилия должны быть более мощными и целеустремленными. В связи с этим хочу попросить проф. Зубка, если он желает победы свободы в России, обращать больше внимания на человеческое достоинство и не унижать его – даже если это достоинство его оппонента, и даже если этот оппонент живет в городе Захер-Мазоха.


[1] Иван Лысяк-Рудницкий. Между историей и политикой / Под ред. Д. Фурмана, Я. Грицака. Москва;Санкт-Петербург: Летний сад, 2007).

Оригинал: net.abimperio.net

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Login

Register | Lost your password?